Нощь и поле, и крик петухов… С златной тучки глядит Саваоф… (Есенин)


Нощь и поле, и крик петухов… (С. А. Есенин)

Нощь и поле, и крик петухов…
С златной тучки глядит Саваоф
.
Хлёсткий ветер в равнинную синь
Катит яблоки с тощих осин.

Вот она, невесёлая рябь
С журавлиной тоской сентября!
Смолкшим колоколом над прудом
Опрокинулся отчий дом.

Здесь всё так же, как было тогда,
Те же реки и те же стада.
Только ивы над красным бугром
Обветшалым трясут подоло́м.

Кто-то сгиб, кто-то канул во тьму,
Уж кому-то не петь на холму.
Мирно грезит родимый очаг
О погибших во мраке плечах.

Тихо, тихо в божничном углу,
Месяц месит кутью на полу…
Но тревожит лишь по́мином тишь
Из запечья пугливая мышь.

Есенин, 1916—1922

Первая редакция:

Как покладинка лёг через ров
Звонкий месяц над синью холмов.
Расплескалася пегая мгла,
Вижу свет голубого крыла.
Снова выплыл из ровных долин
Отчий дом под кустами стремнин.
И обветренный лёгким дождём,
Конским потом запах чернозём.
Здесь всё так же, как было тогда,
Те же реки и те же стада…
Только ивы над красным бугром
Обветшалым трясут подолом.
Знаю я, не приснилась судьбе
Песня новая в тихой избе,
И, как прежде, архангельский лик
Веет былью зачитанных книг.
Тихо, тихо в божничном углу,
Месяц месит кутью на полу…
И тревожит лишь помином тишь
Из запечья пугливая мышь.

Вторая редакция:

Нощь и поле, и крик петухов…
С златной тучки глядит Саваоф.

Расплескалася пегая мгла,
Вижу свет голубого крыла.

Тихо выплыл из ровных долин
Отчий дом под кустами стремнин,

И, обветренный лёгким дождём,
Конским потом запах чернозём.

Здесь все так же, как было тогда,
Те же реки и те же стада.

Только ивы над красным бугром
Обветшалым трясут подолом.

Кто-то сгиб, кто-то канул во тьму,
Уж кому-то не петь на холму.

Мирно грезит родимый очаг
О погибших во мраке плечах.

Тихо, тихо в божничном углу,
Месяц месит кутью на полу…

Но тревожит лишь помином тишь
Из запечья пугливая мышь.




Загрузка...